— Алин, мама звонила, — голос Сергея в трубке звучал тревожно и виновато одновременно. — У нее снова анализы плохие. Врач сказал, что нужно срочно пройти обследование. Дорогое. Пятьдесят тысяч.
Я прикрыла глаза и сжала пальцами переносицу. Наш семейный бюджет. Наш первый взнос на ипотеку — снова отодвигался куда-то в туманное будущее.
— Сереж, мы ведь только месяц назад перевели ей шестьдесят тысяч на «уколы от боли в спине», — осторожно напомнила я.
— Я помню! — в его голосе сразу появилась вина. — Но сейчас другое! Алин, я не могу ей отказать. Ты же знаешь, как она намучилась, пока отец был жив. Он ей даже на обычный аспирин деньги считал.
Я видела, как ему тяжело. Сергей был не глупым человеком и наверняка замечал странности в маминых историях. Неделю назад она рассказывала про «слабость и туман в голове», а уже через день соседка заметила ее в торговом центре в новом пальто.
— Алин, а если сейчас правда серьезно? — спросил он почти детским, растерянным голосом. — Если я не помогу, а с ней что-то случится? Я же потом себя никогда не прощу. Я понимаю, что это удар по нашим накоплениям. Я все понимаю. Но рисковать мамой я не могу. Скажи, как мне поступить?
И в тот миг я поняла: я спорю не с мужем. Я спорю с тем маленьким испуганным мальчиком внутри него.
— Ладно, — тихо сказала я, вспомнив слова своей матери: «Главное — мир в семье, деньги приложатся». — Я переведу.
Я отправила деньги и смотрела, как сумма на нашем накопительном счете уменьшается прямо на глазах. Вечером, чтобы хоть как-то отвлечься, открыла сайт с путевками. Мы с Сергеем давно мечтали о неделе в Италии, в небольшом приморском городке. Даже отель уже выбрали. Я нашла его снова. Горящий тур, скидка тридцать процентов. На двоих — ровно сто тысяч. Те самые деньги, которые за два месяца ушли на «лечение» его матери.
— Сереж, посмотри. — Я повернула к нему ноутбук. — Наша Италия снова в продаже.
Он подошел, глянул на экран. Я заметила, как в его глазах на секунду мелькнула тоска.
— Красиво, — вздохнул он. — Ничего, Алин, в следующем году точно поедем. Италия никуда не исчезнет, а здоровье мамы — это святое.
Он поцеловал меня в макушку и ушел в комнату смотреть телевизор. А я осталась перед фотографией лазурного моря и чувствовала, как еще один кусочек нашей общей мечты тихо исчезает.
На следующий день я столкнулась на лестничной площадке с Валентиной, соседкой снизу. Женщина лет шестидесяти, энергичная, разговорчивая и удивительным образом осведомленная обо всем, что происходило в доме.
— Алина, здравствуй! Смотрю, Людочка совсем разболелась, бедняжка, — защебетала она с неподдельным сочувствием. — Вчера утром «Скорая» приезжала, я как раз мусор выносила. Думала, ее увозят.
У меня внутри все сжалось.
— «Скорая»? — переспросила я, чувствуя холод где-то под ребрами.
— Ой, да что я говорю, все перепутала, это к Зинке «Скорая» приезжала. А к Людочке, — Валентина хитро прищурилась. — Новенький «Мерседес» подъезжал, водитель ей чемодан в багажник ставил. Наверное, в какой-нибудь дорогой санаторий повезли. У вас ведь Сережа руководитель, можете себе позволить. Молодцы, что маму не бросаете!
Она подмигнула и пошла вниз, а я осталась стоять на месте, медленно переваривая услышанное. «Мерседес». Чемодан. Это больше напоминало трансфер в аэропорт, чем поездку на обследование. Подозрение, которое раньше было лишь неприятным ощущением, начало принимать вполне конкретные формы.
Вечером я встретилась с Ирой, моей подругой и коллегой.
— Ты снова перевела ей деньги? — спросила она, едва я закончила рассказ.
— Ир, у него перед ней огромное чувство вины. Я не могу просто давить на него.
— Алина, — она сделала глоток кофе. — Твой муж сейчас как заложник. Его нельзя винить, но и спасти ты его не сможешь, пока он сам не увидит правду. А не увидит он ее до тех пор, пока реальность не ударит его чем-то тяжелым прямо по голове.
— И что мне, по-твоему, делать?
— Перестать играть роль жертвы и начать собирать факты. Ты же финансовый аналитик. Это твоя территория.
— Каким образом? — тихо спросила я.
— Очень просто, — в глазах Иры появился азарт. — Начни с соцсетей. Все эти ее подружки, Зинки и прочие, наверняка где-то выкладывают фото. Смотри аккаунты, отметки, геолокации. Найди турагентство, через которое они ездят. У них на сайте или в группе почти наверняка есть фотоотчеты. Такие люди любят показывать, как «красиво отдыхают».
Ира замолчала на секунду, а потом посмотрела на меня уже серьезно.
— Но запомни главное, Алина. Если что-то найдешь — не беги сразу к мужу. Он включит режим «я должен защитить маму» и обвинит тебя в слежке. Тебе нужен такой набор доказательств, такой железный кейс, чтобы у него не осталось возможности отвернуться. Один удар. Но точный и окончательный. Поняла?
Этот разговор стал для меня переломным. Я перестала жалеть себя и открыла ноутбук. Охота началась.