Спустя десять лет после выпускного вечера Стефан сдержал обещание встретиться со своей школьной возлюбленной Элизабет у океана. Но когда этот день настал, к нему подошла не Элизабет. Это был молодой парень с посланием, изменившим его жизнь.
Крыльцо скрипнуло, когда я откинулся в кресле, и вечерний воздух прохладно коснулся моей кожи. Элизабет сидела рядом со мной, ее чай дымился в лучах угасающего солнца. Она выглядела прекрасно, как и всегда, кутаясь в старый синий свитер, который, как она клялась, был самой уютной вещью в ее жизни.
«Ты когда-нибудь думаешь о той ночи?» — спросила она, ее голос был тихим, едва ли громче жужжания цикад.
Я повернулся, чтобы посмотреть на нее. «Каждый день», — сказал я.
И вот снова это воспоминание, такое четкое, как будто оно произошло вчера.
Спортзал был переполнен, но я видел только ее.
Элизабет стояла у стола с пуншем, ее зеленое платье мерцало под фееричными огнями, развешанными по потолку. Сверху медленными спиралями падали конфетти из блесток, а оркестр играл какую-то медленную песню, которую я не узнал. Я подошел к ней, сердце колотилось так, словно я собирался пригласить ее на бал заново.
«Привет», — сказал я, стараясь говорить непринужденно.
Она повернулась, и ее глаза загорелись, когда она увидела меня. «Приветик», — сказала она, улыбаясь.
Я протянул ей чашку с пуншем. «Подумал, что тебе это может понадобиться. Ты танцевала без остановки».
«Спасибо», — сказала она, сделав глоток. «Но знаешь, эта ночь — все, что у нас есть. Я не хочу терять ни секунды».
Ее слова ударили меня как удар в живот. «Не говори так», — сказал я. «У нас еще есть остаток лета».
Она покачала головой, поставив чашку на место. «Нет, не будем. Работа моего отца начинается на следующей неделе, Стефан. Мы уезжаем завтра утром».
Я почувствовал, как комната на секунду закружилась. «Завтра?»
Она кивнула, ее улыбка померкла. «Я не хотела портить вечер, рассказывая тебе, но… да. Завтра».
Я смотрел на нее, мои мысли метались. Я не мог поверить в это. Это было оно. Последний раз, когда мы будем вместе.
«Тогда давай договоримся», — внезапно сказал я, схватив ее за руку.
«Сделку?» — спросила она, наклонив голову.
«Давай встретимся через десять лет», — сказал я, и слова вырвались сами собой, прежде чем я успел их остановить. «У океана. Знаешь, мы всегда говорили, что поедем вместе. Я буду там, буду ждать тебя».
Она удивленно посмотрела на меня. «Стефан…»
«Я серьезно», — сказал я, сжимая ее руку. «Несмотря ни на что, я буду там. Через десять лет».
Она долго смотрела на меня, а потом улыбнулась — настоящей улыбкой, от которой у меня защемило в груди. «Я обещаю», — сказала она.
Мы провели остаток ночи, танцуя, смеясь и делая вид, что завтрашнего дня не существует. Когда музыка стихла и зажглись огни, мы попрощались на парковке. Я обнял ее так крепко, как только мог, запоминая то, как она чувствовала себя в моих объятиях.
«Прощай, Стефан», — прошептала она.
Я не смог заставить себя сказать ей это в ответ. Вместо этого я просто смотрел, как она уходит, как ее зеленое платье колышется на ночном бризе.
Сначала мы пытались. Мы действительно пытались.
Я писал ей письма каждую неделю, изливая свое сердце на страницу. Сначала она отвечала, аккуратным почерком рассказывая мне о своей новой школе и жизни в Азии. Но потом письма перестали приходить.
Однажды я позвонил ей домой, чтобы услышать ее голос, но ее мать сказала, что ее нет дома. «Она занята в школе», — сказала она мне. «Ей трудно поддерживать связь».
Я тоже пытался писать ей. Иногда я получал ответ — короткий, вежливый, не похожий на те сообщения, которые мы обычно отправляли.
В конце концов, тишина стала слишком громкой, чтобы ее игнорировать.
Я говорил себе, что она забыла и живет новой жизнью. Но я не мог забыть. Это обещание осталось со мной, как песня, засевшая в моей голове.
Десять лет прошли как в тумане. Я окончил колледж, начал работать, завел новых друзей. Но я не переставал думать о ней. Я не переставал думать об океане, о том месте, где меня будут ждать.
И когда этот день наконец настал, я собрал вещи и поехал на берег, мое сердце было полно надежды и страха одновременно.
Океан простирался передо мной бесконечно, его волны разбивались о берег в ровном ритме. Дул прохладный ветер, донося соленый запах моря. Утреннее солнце стояло низко, заливая пляж золотистым светом. Я стоял и потягивал чай из термоса, а сердце колотилось в груди.
Накануне вечером я не мог уснуть. Десять лет. Может ли Элизабет все еще помнить? Придет ли она?
Я взглянул на часы. Было немного за девять. Я сказал себе, что она может опоздать, застрять в пробке или вообще не решиться прийти. Я старался не позволить сомнениям закрасться в душу, но это было нелегко.
Волны накатывали на берег, и я вышагивал по песку, засунув руки в карманы куртки. И тут, словно из ниоткуда, я заметил кого-то.
Навстречу мне шел мальчик лет десяти. Его темные волосы были растрепаны ветром, а на лице застыло серьезное выражение. Его маленькие руки были засунуты в карманы куртки, и он смотрел прямо на меня.